Иркутск
01 октября 22:15 Политика

Когда до выбора тридцать дней

09:52, 14 авг 2020

Круглый стол «Выборы-2020: борьба за Иркутскую область» прошел вечером 13 августа – ровно за месяц до даты выборов губернатора региона. Организаторы из регионального отделения КПРФ и клуба «ДисМол» приглашали на него кандидатов в губернаторы, но из шести оставшихся в строю на встречу пришел лишь Михаил Щапов, а из выбывших – мэр Бодайбо Евгений Юмашев. Экспертное сообщество представляли публицист Сергей Шмидт и журналист Павел Добродеев.

Необычные выборы

Сергей Шмидт напомнил гостям круглого стола о своей последовательной позиции: с момента избрания Сергея Левченко и до момента его отставки он был противником губернатора от КПРФ. И все это время он ждал, чтобы «информационная обслуга» экс-губернатора собрала какое-то экспертное сообщество для обсуждения положения дел в области в целом и информационной политики в частности.

– Люди, у которых есть убеждения, гораздо интереснее, чем те, кто их меняет. С ними можно говорить, с ними можно спорить, и это полезно. На старте этой избирательной кампании возникло понятие «большой тройки»: Кобзев, Щапов и Юмашев, которая теперь сократилась до двойки. Я не разбираюсь в юридических вопросах, но полагаю, что Юмашева не допустили незаконно и неправильно. Теперь у нас два с половиной участника: Игорь Кобзев, ведущий «догоняющую» кампанию Михаил Щапов и Лариса Егорова, – сказал Сергей Шмидт.

Над выборами 2020 года «висит тень» выборов 2015 года. Многие события совпадают: у губернатора Ерощенко был заместитель – генерал ФСБ, у Игоря Кобзева появился заместитель – генерал из следственного комитета. Но сторона врио губернатора Кобзева может с полным правом сказать, что она сделала все возможное, чтобы не допустить раскола региональных элит, и собрала значительную их часть в штабе общественной поддержки. По мнению Сергея Шмидта, выиграть выборы в Иркутской области, находясь в конфликте с ведущими строительными компаниями, представители которых есть и в Законодательном собрании, и в городской думе Иркутска, невозможно. У Кобзева такого конфликта нет, а Щапову нужно со строителями хоть как-то договориться.

Кроме того, нет яркого и очевидного конфликта, а представители КПРФ без тотального «мочилова» действующей власти в Иркутской области не выигрывали. Неизвестно, что именно готовят в штабе КПРФ, но конкуренция позитивных повесток, спокойная дискуссия между кандидатами и соревнование обещаний означает, что избиратели будут голосовать кто сердцем, кто головой, но по собственному журналу. По мнению Сергея Шмидта, очень трудно будет кандидату от КПРФ и потому, что большая часть региональных СМИ – не на его стороне.

– Я очень высоко оцениваю роль бумажной раздатки в период выборов. Мог ли выиграть Левченко, если не стотысячные тиражи газет в его пользу? Если случится победа Щапова на этих выборах, это будет большой вызов российской политологической науке, потому что это будет победа без «мочилова», без раскола элит и без поддержки СМИ, – подвел итог Сергей Шмидт.

По оценке Павла Добродеева, элиты ни в Иркутской области, ни в любом другом регионе не могут быть едины по определению. Раскол существует, например, на уровне муниципалитетов: одним уделяется максимум времени, другим – ничего, многие мэры недовольны командным стилем и многочасовыми совещаниями, которые проводит врио губернатора. Не прибавляет плюсов и кадровая политика Игоря Кобзева с назначениями заместителей и министров – многие из них не устраивают мэров городов и районов, которые знают новых руководителей гораздо дольше, чем врио губернатора.

Второй тур и победа оппозиционера возможны, если помнить историю выборов в Хабаровском крае (где Сергей Фургал был техническим кандидатом и сам призывал не голосовать за него) и в Хакасии (где победил кандидат от КПРФ с минимальным политическим опытом). Нынешние события в Хабаровске, где главным лозунгом стал не «свобода Фургалу», а «Москва, руки прочь», тоже могут сыграть свою роль – некоторые примеры заразительны.

Свой или чужой

Михаил Щапов предполагает вести свою кампанию через общение с людьми.

– Есть такой миф, что если чиновник из федеральной власти, то он имеет связи в Москве и сможет что-то получить для региона. На самом деле, все наоборот: если руководитель местный, то он не просит, он может требовать. Это отношения не «начальник – подчиненный», начальником для избранного губернатора являются люди, его избравшие. Сергей Левченко это доказал, было сделано такое, о чем раньше никто не мечтал. Второй момент – а сколько мы заплатим за то, что нам «дадут»? Как нас защитят от роста тарифов? Разве назначенный губернатор встанет грудью на защиту наших тарифов? Ему в Москве скажут «надо» – и что, он костьми ляжет? А избранный – ляжет, как это делал Ножиков. Нам есть что защищать, тот же Байкал. Человеку из европейской части этого не понять, у него годы уйдут, чтобы разобраться, – считает Михаил Щапов.

Решение на выборах принимают не некие элитные кланы, а сами люди. Поэтому не стоит думать, что все решено заранее. Общаясь с избирателями, ни сам Михаил Щапов, ни члены его команды не нашли людей, готовых голосовать за его главного оппонента. Избирателям не нужен человек, который будет отвечать за них, они сами могут отвечать за себя, за свой выбор и за область.

– То, что говорит Михаил Викторович, абсолютно понятно, но как историк я напомню, что наша государственность создана варягами. Смысл приглашения варягов был в том, что они были «равноудаленными» от всех кланов и они могли урегулировать все распри. Правда, довольно быстро все кончилось грабежом населения. Да, для приезжего в области нет своих и чужих, и есть призрачная надежда, что он будет собирать команду по принципу профессионализма. Это два козыря Кобзева, которыми он может сыграть. А когда к вам в иркутском дворе человек обращался со словами «слышь, земляк», принято было нащупывать в кармане кастет. У нас было два приезжих губернатора и два местных, команда Кобзева явно ориентируется на пример Мезенцева. Я не покушаюсь на концепцию команды Щапова, но апеллировать к земляческим чувствам в краю переселенцев – это не имеет значения. Мне нужен губернатор, который построит аэропорт, как в Красноярске. Пусть даже с долгами в 90 млрд рублей, но мне этот долг не платить. А портом пользоваться буду, – заявил Сергей Шмидт.

К сожалению, Щапов плохо знает историю Иркутской области: из всех губернаторов региона местными уроженцами были Борис Говорин и Сергей Ерощенко, обоих очень трудно назвать успешными руководителями, которые вели себя так, как видится кандидату КПРФ. Для Михаила Щапова сегодня важно даже не то, кто ему земляк, а кто нет, важно сказать людям, кто будет в его команде. Многих отталкивает сама мысль о том, что в «серый дом» вернется команда Левченко. Сам кандидат утверждает, что он относится к старшим товарищам по партии достаточно критично (из-за чего часто возникают споры), но понимает, что ни одно кадровое решение не является идеальным.

– Мы все неидеальны, все будем ошибаться. Но какие основания думать, что приезжие сделают лучше? – полагает Щапов. – Есть первопроходцы, а есть проходимцы, которые приехали, выполнили задачу и уехали. Мы здесь, у себя в семье, лучше разберемся, что делать.

Возможно, желание разобраться и жить своим умом существует. Но попытка избираться губернатором в современной ситуации, когда вся страна погружается в экономический кризис, выглядит странно. Отвечая на вопрос «Зачем?», Михаил Щапов ответил коротко: «Потому что больше некому». Смелые слова, но слабый аргумент – все, чем гордится Иркутская область, построено приезжими. Местные уроженцы на строительстве мостов, ГЭС и заводов были в лучшем случае рабочими.

По мнению Евгения Юмашева, его не допустили на выборы по единственной причине – кто-то понял, что в случае включения в избирательные бюллетени он оттянет на себя голоса Игоря Кобзева, а не Михаила Щапова. Однако Юмашев все равно вошел в историю: он стал первым в России кандидатом на пост губернатора, который собрал и подписи граждан, и подписи муниципального фильтра. Процедура сбора подписей очень сложная, люди ошибаются даже в собственных персональных данных, и собрать 10 тысяч абсолютно правильных подписей очень трудно. Именно поэтому Юмашев до сих пор сомневается в том, что это удалось штабу Кобзева. Подавать в суд, чтобы оспорить регистрацию врио губернатора, он не может, поскольку не участвует в кампании, но Евгений Юмашев продолжает выступать с критикой избирательной комиссии Иркутской области.

Депутат Законодательного собрания Иркутской области Ольга Носенко предложила участникам дискуссии обсудить проблему трехдневного голосования. Никто не знает, как будет организована работа избирательных участков, как будут работать школы, кто и как защитит выборы от фальсификаций. Евгений Юмашев считает этот порядок неправильным, а избирательную комиссию области – «идущей на поводу» у федеральных властей.

– Я не был знаком с Михаилом Щаповым, познакомились лишь недавно, но, зная других кандидатов, говорю открыто: я буду голосовать за него, – подвел итог Юмашев.

– Трехдневное голосование, с одной стороны, конечно, зло. А с другой стороны – это шанс по повышение явки. Если у нас будут достойные силы, мы обеспечим наблюдение и сможем повлиять на явку, – уверен Павел Добродеев.

Сергей Шмидт еще раз подтвердил свою позицию: он последовательный противник голосования в три дня. Он до сих пор не понимает, почему это было сделано, ведь действующей власти традиционно выгодна низкая явка. Эту точку зрения подтвердил присутствовавший на мероприятии иркутянин Игорь Щербаков, который рассказал, что он является членом одной из избирательных комиссий: никто не знает истинных результатов голосования по поправкам в Конституцию, потому что по ночам они находились без всякой охраны и без всякого наблюдения.


По вопросам рекламы и сотрудничества звоните
+7 (914) 895-08-11

 

Какое из ожидаемых общественно-политических событий до конца 2020 года вы считаете наиболее важным?

Яндекс.Метрика