Иркутск
01 октября 20:28 Политика

Искусство антикризисного менеджмента: чего ждут жители от будущего губернатора Иркутской области?

08:00, 09 сен 2020

Голосование на досрочных выборах губернатора Иркутской области стартует уже 11 сентября и пройдет в марафонском режиме – отдать предпочтение кандидату можно будет в течение трех дней, вплоть до вечера 13 сентября. Чего ждут жители региона от его будущего главы? По итогам каких действий и решений будут оценивать работу губернатора, вне зависимости от личных и политических предпочтений?

На этот раз мы решили не беспокоить профессиональных политологов, а обратились с вопросами к известным жителям Прибайкалья, как зарекомендовавшим себя  в областях, далеких от политики, так и знающим «внутреннюю кухню». Экология, туризм, архитектура, высшее образование, культура и просто борьба за выживание – далеко неполный перечень тем, затронутых респондентами.

Елена Кутергина, журналист, общественник:

Текущая губернаторская гонка – одна из наиболее удручающих для меня, как для жителя Братска. Наш город абсолютно не звучит в повестке ни одного из кандидатов. Более того, пока лидеры гонки обещают что-то Иркутску, Ангарску, Нижнеудинску, Тулуну и другим городам региона, Братску прямо говорят: необходимую школу в этом году строить не начнут, хотя тема обсуждается не первый год, и новый перинатальный центр – тоже, потому что заявленный проект оказался слишком амбициозным.

Абсолютно ушла из повестки проблема экологических нарушений в Братске. Еще зимой наш актив приглашался на крупный штаб в Иркутск, где надзорные органы при врио губернатора признали нарушения крупных загрязнителей, однако, по нашим наблюдениям, выбросы и превышения вредных концентраций в городе сохраняются по сей день, но об ответственности промышленников уже предпочитают не говорить. Мы видим, как владельцы корпораций сегодня финансируют строительство социальных объектов в регионе, «дружат» с властью, и понимаем, что никаких решений в экологии Братска с таким подходом в обозримом будущем не предвидится. Также поступают тревожные сигналы о финансировании со стороны крупных лесных групп губернаторской кампании одного из кандидатов, а значит, беспрецедентные рубки сибирской тайги, скорее всего, продолжатся, если этот кандидат победит.

Я в последнее время плотно занимаюсь именно экологическими правонарушениями и знаю, что Иркутская область – один из самых экологически неблагополучных регионов в стране. Это сырьевой регион, экономика которого основана на эксплуатации природных ресурсов и экологических нарушениях. Экология – действительно политическая тема, возможно, даже тема № 1 в нашем регионе. Поэтому от нового губернатора, конечно, я жду более решительных и принципиальных действий по переходу к рациональному природопользованию, цикличной экономике, использованию промышленниками наилучших из доступных технологий.

Иркутской области совершенно необходимы прорывы в лесовосстановлении, защите Байкала, обращении с ТКО, сокращении атмосферных выбросов до нормативных и приемлемых для здоровья человека. Мне хочется, чтобы забота о рабочих местах и социальном благополучии не нивелировала важность улучшения окружающей среды обитания, чтобы нас не ставили перед выбором: или лес и Байкал, или хлеб. Я убеждена: баланс возможен.

Александр Снарский, предприниматель, антиквар:

«Вся земля наша велика и обильна, а порядка в ней нет». Мой взгляд на то, каким должен быть подходящий нам начальник губернии, настолько практический, что даже скучно, он почти циничный. Говоря коротко, иркутский губернатор, как, впрочем, и всякий русский губернатор, должен иметь очень влиятельные знакомства в Москве, а еще лучше, быть членом федеральной властной группировки. О последнем можно, правда, только мечтать – какой же дурак из власть имущих добровольно поедет в наши пенаты?

Власть в России, как и в любой материковой империи, строится на принципе жесткого централизма. Хорошо это или плохо – в нашем случае не так важно. Важно, что это вот так, а не иначе. В этой системе тучные годы той или иной провинции наступают только тогда, когда властная региональная группировка умеет добиться от центра благ (все равно каких: дотаций, инвестиций, реализации крупных проектов...). Иркутску с региональной властной группировкой хронически не везло. Это такая историческая судьба нашего региона — местная знать веками не может у нас сложиться, ее не было ни в имперский период (если не считать именитого купечества), ни при советской власти, ни тем более в постсоветский период. Почему это происходит – это тема отдельного историософского осмысления, в двух словах могу лишь выделить два аспекта: 1) постоянная ротация элит (добившись «степеней известных», иркутяне имеют привычку скочевывать в центр);  2) слишком устойчивое и беспроблемное положение региона (область не граничит с иностранными государствами, имеет благополучный для центра, невзрывоопасный великорусский национальный состав и т. д.), дающее центральной власти возможность десятилетиями не уделять Иркутской области пристального внимания.

Таинственным образом совершенно разные иркутские власти в совершенно разные исторические периоды умудрялись проводить на зависть устойчивую политику только в одном – в утрате возможностей: регион особо не выиграл ни от чайной монополии, ни от русско-американской торговли, ни от эвакуации; не стал ни научным, ни промышленным, ни культурным центром Зауралья. Да, от всех этих перспектив что-то нам обломилось, но ничто не изменило нас кардинально, как наука изменила Новосибирск, промышленность – Челябинск etc.

Исключения из описанного правила были только в случаях, когда во главе края становились видные деятели общероссийского масштаба (например, Муравьев-Амурский или Сперанский). Я это объясняю не столько даже личными управленческими дарованиями этих господ, сколько именно их влиятельностью в центре России, то есть их возможностью напрямую донести вести о нуждах региона до самых ключевых персон, возможностью просить и получать средства на те или иные прожекты.

Скажем прямо: источником благополучия регионов со слабой местной элитой является в наши дни только и исключительно Москва. Можно принципиально и последовательно становиться в горделивую позицию, отвергать варягов, можно даже делать это убежденно и искренне, только что это даст краю? Кроме, разумеется, бодрящего ощущения, что вот, дескать, мы взяли и прокатили варяга; а потому, что можем; а потому, что нечего нам тут… А на мой лишенный революционного романтизма взгляд, все это ребячество и стрельба по собственным ногам. Прокатывая варягов, мы мало того что не обретаем своего предстателя в центре принятия решений, так еще и обрекаем край на неудовольствие этого самого центра, что чревато, как все мы знаем, вполне практическими последствиями.

Может ли очередной варяг оказаться недостаточно влиятельным в Москве человеком? Может и так статься. Да, тогда область окажется на бобах. Но дело в том, что, выбирая местного «элитария», для это «может» просто нет места – любой, без исключения, местный политик всенепременно окажется невлиятельным в Москве человеком, а это значит, что область его устами ни при каком раскладе не сможет возопить так, чтобы слышно было за стенами Московского Кремля. То есть в этом случае мы гарантированно, с ручательством остаемся на бобах.

Дмитрий Салко, интернет-маркетолог, член правления общественной организации «ВелоИркутск»:

Мое расположение может заслужить губернатор, способный увеличить объем денег, приходящих в регион, или уменьшить поток денег, которые уходят из региона. Очевидно, что в бюджете не хватает средств на дороги в городах и между ними, на общественный транспорт, парки, набережные и городскую среду, образование, медицину. На многое.

Кроме того, давно пора решить проблемы, связанные с Байкалом: окружающей инфраструктурой, организацией цивилизованного бизнеса, упорядоченной туристической отраслью, утилизацией отходов. Необходимы современные рекреационные проекты без массового вытаптывания достопримечательностей, стоит ввести разумные ограничения на строительство, а также достроить экотропы.

Об этих проблемах говорят десятилетиями, они десятилетиями не решаются, несмотря на рост туристического потока. Количество приезжающих гостей увеличивается, но упорядочить этот процесс не получается. Стоит также подумать над тем, как раскрыть туристический потенциал всего региона. У нас есть не только Байкал, но и огромные, неизведанные туристами территории по всей области.

Ну и конечно, необходимо как-то урегулировать цены на авиаперевозки и запустить прямое авиасообщение с другими регионами. Довольно странно летать, например, на Дальний Восток через Москву.

Яна Лисицина, художник, кандидат исторических наук, доцент ИГУ:

Область, разумеется, намного больше города, но, поскольку я живу в областном центре, могу судить и говорить именно об Иркутске. В первую очередь мне бы хотелось порядка. Я бы хотела, чтобы наступила ясность в развитии территории бывшей чаеразвесочной фабрики и ТЭЦ по Цесовской набережной. Судьба этой земли вызывает мощный общественный интерес, потому что это действительно сердце Иркутска, отсюда начинался наш город. Пришло время поставить точку и решить, что там будет – элитная застройка или все-таки то, что нужно горожанам, обществу.

Понятно, что события XX–XXI веков принесли земле новых владельцев, но также не стоит забывать, что это исторический центр города. Это очень тяжелая во всех аспектах задача, но губернатор должен принять во внимание все нюансы, потому что эта земля – лицо Иркутска. Это то, что мы есть, у нас нет другого города, у нас нет другой истории. Отдельное внимание следует уделить критическому состоянию исторических зданий в центре города. Впереди может быть еще много губернаторов, но тот, кто наконец-то обратит внимание на исторический центр, заставит ответственные службы работать, приведет в порядок наше историческое наследие, тот заслужит одобрение горожан.

Еще бы мне хотелось, чтобы губернатор обратил внимание на такую злободневную тему, как тишина в городе. У нас есть закон о тишине, который фактически не исполняется. В центре города ночи напролет веселятся разудалые компании, которые мешают спать жителям. Первичное, обусловленное физиологией право человека – это право на отдых и сон. Но шумят соседи по квартирам, шумят на улице, шумят в увеселительных учреждениях, находящихся в местах жилой застройки, но крайне редко предпринимаются действенные меры сверху, чтобы это прекратить раз и навсегда. Жители города должны жить комфортно, а не бороться за базовые права.

Кроме того, губернатор должен помнить: без культуры город не может быть городом и тем более столицей края, и сама область без культуры быстро превратится в дикое маргинальное пространство. Иркутск всегда был славен культурными традициями – художниками, музыкантами, театрами. Поэтому при губернаторе должен быть мощный совет по культуре, где будут выслушивать различные точки зрения и принимать решения, которые способствуют повышению культурного уровня и Иркутска, и всей области. Также необходима финансовая поддержка культурным проектам и творческому продукту. Тогда мы сможем сказать, что действительно губернатор многое сделал, потому что произведения искусства – это мост в будущее и памятник настоящему.

И конечно, образование. Иркутск – город университетский. У нас много вузов, но если не содействовать их развитию и процветанию, прекратится приток жителей в город. Иркутск наполняется за счет того, что к нам едут студенты. Они дают нам возможность двигаться дальше. Молодежный город – это город будущего, необходим режим максимального благоприятствования вузам.

Михаил Дронов, шеф-редактор медиа-группы «БайкалТелеИнформ»:

От будущего губернатора я жду самого главного: моральной и интеллектуальной готовности возглавить регион в смутное время. Саму вероятность смутного времени, напоминающего времена так называемого развала СССР, а точнее – социалистического уклада и руководства КПСС, я оцениваю так: 50 процентов – до 2024 года, 50 процентов – после. Ко всему этому подталкивает уже очевидная архаичность, потеря адекватности федеральной властью на фоне растущего экономического кризиса, который только-только начинается. И такие брожения, как в Хабаровске, с высокой степенью вероятности начнут лихорадить всю страну, а денег в бюджете для затыкания ртов все меньше.

Причем в 12–15 процентов – а это очень высокий процент по моей шкале рисков – я оцениваю прохождение смутных времен в самом неблагоприятном сценарии: не просто паралич вертикали власти (туда ей и дорога, честно говоря), но и закупорка многих инфраструктурных артерий, таких как госфинансы и просто банковская система, связь, транспорт, ЖКХ, управляемость многочисленными силовиками и прочее. В отсутствие других авторитетных общественных институтов, имеющих хоть какую-то легитимность и ресурсы, в регионах расшивать такие проблемы придется командам губернаторов. И совершенно не важна партийная принадлежность этих людей – были бы адекватность и умение координировать оперативную ситуацию. И успокаивать людей, договариваться о сотрудничестве или хотя бы нейтралитете с лидерами толп, банд и кланов.

Но даже если худший (тьфу-тьфу!) вариант не состоится, кризис вертикали власти будет означать огромную ответственность губернаторов перед населением и элитами провинций. Ведь появится возможность торговли с ослабленными федералами – за более справедливый, разумный и эффективный конструкт: в налоговой сфере, межбюджетных отношениях, переделе ресурсной базы. Подозреваю, что при хорошем раскладе – либо до 2024 года, либо почти сразу после – все причастные к власти элиты страны придут скрепя сердце к выводу о необходимости новых договоренностей на предмет «Что же такое Россия?» И потенциального представителя на этих переговорах, собственно, мы и выбираем 13 сентября 2020 года.

Вадим Мельников / «Альтаир»


По вопросам рекламы и сотрудничества звоните
+7 (914) 895-08-11

 

Какое из ожидаемых общественно-политических событий до конца 2020 года вы считаете наиболее важным?

Яндекс.Метрика