Иркутск
31 октября 1:19 Политика

Александр Ведерников: «О высоких публичных должностях я не грезил»

08:00, 27 апр 2020

Председатель Законодательного собрания Иркутской области Александр Ведерников занял высокий пост в непростое время: область еще не оправилась после прошлогоднего наводнения, а теперь нужно сделать все возможное, чтобы минимизировать ущерб от эпидемии коронавируса. На встрече с журналистами агентства «Альтаир» и газеты «Байкальские вести» он рассказал о том, как удается совмещать повседневную законотворческую работу с решением столь сложных задач.


Фото Татьяны Глюк / ИА «Альтаир»

– Александр Викторович, вы хотели заниматься этой работой?

– Председатель Законодательного собрания – одна из высших публичных, политических должностей в Иркутской области. Для меня это непривычно: раньше я занимался невидимой «штабной» работой, о высоких публичных должностях не грезил. Но коллеги посчитали нужным принять это решение. Жизнь уже дважды заставляла меня уйти с коммерческой стези на государственную службу. Я не сопротивлялся судьбе и никогда об этом не жалел: значит, пришло такое время. Так случилось в 2008 году и спустя десять лет, в 2018 году. Делаю первые шаги в публичной политике, встреча в редакции с журналистами в таком формате для меня, наверное, впервые.

– Предполагалось, что сопротивление фракции депутатов- коммунистов вашему избранию будет сильнее. Почему этого не случилось?

– Думаю, депутаты от КПРФ просчитали, что не стоит ловить на этом какой-то «хайп». Мне кажется, то, что сделал в Законодательном собрании мой предшественник на посту председателя Сергей Сокол, объединив всех депутатов, они не смогут преодолеть и вовремя это поняли. Поэтому не было каких-то эскапад, не было демонстраций с плакатами на трибуне.

– С какими трудностями вы столкнулись в первую очередь?

– Первые трудности преодолел Сергей Михайлович Сокол. Он возглавил очень неоднородное по составу Законодательное собрание и сплотил его. Сегодня «трудности» другого порядка, бороться с которыми возможно, только объединив усилия. Законодательное собрание вернулось к конструктивному взаимодействию с исполнительной властью и губернатором, интегрировано во все антикризисные штабы. И депутаты очень наскучались по такому внешнему сотрудничеству. А в самом Законодательном собрании Сергей Сокол очень хорошо проделал свою работу, и все депутаты понимают, что нужно делать всем вместе, что необходима совместная работа.

Даже депутаты от компартии очень неоднородны, и нужно отделять конкретного депутата от коллективного поведения фракции. Депутатов от КПРФ как фракцию пока трудно интегрировать в созидательный процесс. У меня нет задачи пришивать ярлыки, но в управлении любым коллективом важна практика управленческой работы, нужно уметь со всеми наладить отношения. С некоторыми «красными» депутатами у меня нормальные рабочие контакты, и я советуюсь с наиболее опытными из них по многим вопросам. Ну и, само собой, с заместителем председателя Законодательного собрания, представительницей коммунистов Ольгой Носенко у меня хорошие деловые отношения. У нее свой круг функций и полномочий, и я могу рассчитывать на нее так же, как и на остальных вице-спикеров ЗС, не раскрашивая никого в партийные цвета.

В области сейчас действует целая система штабов и рабочих групп по преодолению коронавируса – например, по учету прибывающих в регион, обеспечению медицинских учреждений, поддержке предпринимателей, по мониторингу трудовых отношений, по контролю за ценообразованием. Все они предварительно прорабатывают вопросы, для того чтобы быстрее и точнее принимал решения оперативный штаб при исполняющем обязанности губернатора.

Мы при ЗС образовали депутатский штаб – это немного другое. Не умаляя значения других информационных каналов, социальных сетей, мессенджеров и СМИ, подчеркну, что нам нужен свой живой канал общения. Ведь до многих людей старше 65 лет информация не всегда доходит. Есть решение президента, по которому всех работающих людей такого возраста можно отправить на больничный. И они получат деньги, ничего не потеряв. А у нас этой возможностью воспользовались лишь 30 процентов работающих пенсионеров. Так получилось во многом потому, что, видимо, не дошла информация. А нас, депутатов городских, районных и сельских дум, около пяти тысяч – это живая тропинка до наших жителей. А может быть, есть другие причины. Вот эту оперативную обратную связь мы и организовали….

Оперштаб при губернаторе работает с территориями через мэров, большинство из которых активны и достаточно напористы. Но на мой взгляд, не всегда есть возможность доводить информацию с мест, как говорится, «без купюр». А наши местные депутаты не из стеснительных, и общение с ними – это форма обратной связи с гражданами. Депутаты на местах стесняться не будут никогда и дойдут до каждого.

– Какова ваша оценка ситуации с коронавирусом?

– У нас в области ситуация под контролем. Оперштаб во главе с Игорем Кобзевым работает хорошо. Принимаются своевременные меры. Может, не всегда популярные, но, когда речь о безопасности людей, как говорится, лучше перебдеть. У нас сейчас самая низкая заболеваемость в Сибири. Но не стоит расслабляться, все еще впереди. По модели, которую сделали энтузиасты-аналитики, уже 5–7 мая на больничных койках области, по первоначальному прогнозу, может оказаться более 400 пациентов с COVID-19. И это еще не плато…

Недавно была Пасха, и, несмотря на ограничительные меры, были некоторые нарушения режима самоизоляции. Это даст свою прибавку в статистику заболеваемости. Все еще много наших земляков, которые не эвакуированы из-за границы и в ближайшее время вернутся домой. Не исключены и другие факторы, которые мы не можем просчитать. Но самая серьезная проблема в том, что если люди не будут соблюдать режим самоизоляции (а в нашем регионе индекс самоизоляции падает), то максимальное число заболевших, одновременно находящихся в больнице, увеличится.

Эпидемии побеждаются не только и не столько здравоохранением, сколько санитарно-противоэпидемиологическими ограничениями. Пандемии новых неизведанных болезней лечатся, прежде всего, не в больницах – их побеждают карантином. Поэтому наша задача – не дать жителям заболеть. Как ни один банк не выдержит мгновенного оттока вкладов, так ни одна система здравоохранения ни одной страны мира не выдержит залповый приток пациентов в стационар и особенно в реанимации.

То время, которое мы сейчас пытаемся выгадать, нужно для перестройки и дополнительного вооружения больниц под эту задачу повышенной нагрузки. Именно для этого важно соблюдать самоизоляцию, особенно жителям, имевшим контакт с больными.

Считаю, что в здравоохранении области нет системных ошибок. И хотя было на бумаге одно количество аппаратов индивидуальной вентиляции легких (ИВЛ), а при проверке – другое, в рабочем состоянии гораздо меньше. И это точно не недочеты действующего губернатора или нового министра здравоохранения области, это все копилось годами и даже десятилетиями. И не все можно списать на федеральный тренд оптимизации здравоохранения. Не было, например, и проверок кислородных станций. Почему не отремонтированы ИВЛ? Почему не опрессован кислородный трубопровод? Одним словом, не во всем можно пенять на Москву.

– А депутаты прошли тесты на коронавирус?

– Я против того, чтобы перегружать систему здравоохранения. Тесты на присутствие вируса надо делать по показаниям, а не всем желающим. Переболеют все, очень многие в легкой форме или без симптомов. И многие, может, уже даже переболели и у них есть иммунный ответ. Поэтому сейчас важнее внедрять тесты на антитела, чтобы снижать градус общественного страха. У меня каждый вечер ощущения такие, будто точно заболел, а утром просыпаюсь – и чувствую себя нормально.

– Недавно премьер Михаил Мишустин говорил о регионах, которые не могут освоить федеральные средства. Мы не попадаем в их число?

– Нет. Сейчас очевидно, что невозможно сразу для всех регионов в один день изготовить и направить аппараты ИВЛ. Поэтому все эти меры – самоизоляция, карантин – направлены именно на то, чтобы растянуть проблему на два-три месяца и успеть подготовиться.

– Каков формат вашего общения с исполняющим обязанности губернатора Игорем Кобзевым?

– Общаемся при подготовке сессий, обсуждаем те или иные законы, решения. Сейчас в таком чрезвычайном режиме контактируем практически ежедневно. Я высказываю свои соображения Игорю Ивановичу, он умеет слушать и слышать. Наверное, ему сейчас трудно, получилось как с места в карьер, но он полностью включился и возглавил процесс антикризисного ручного управления. Быстрые, мгновенные решения, умение взять на себя ответственность – это его профессиональная стихия. Не каждый может критически взглянуть на свои решения вчерашнего дня и понять, что было сделано неправильно. Но он не боится признавать, корректировать и брать ответственность за безопасность в регионе.

– Каковы масштабы проблем с областным бюджетом? От чего придется отказаться, что отложить?

– Бюджет новому правительству области достался в тяжелом состоянии. И причина тому не столько цены на нефть (хотя у нас есть крупные компании, на которые это повлияло), сколько областные указы и прочие обязательства региональной власти на сумму 8,3 млрд рублей, хотя во внесенном предыдущим губернатором бюджете в ЗС осенью прошлого года эти деньги предусмотрены не были. Были даны обещания, а вот деньги на их выполнение – видимо, уже не барское дело!

Тогда Контрольно-счетная палата сделала замечание на эту тему, но ответной реакции не последовало. Как результат, бюджет в значительной степени разбалансирован. А падение доходов в связи с плохой мировой экономической конъюнктурой просто обнажило эту дыру. Это во-первых.

Второй момент. Предыдущее правительство и губернатор очень мало утруждали себя работой с федеральным центром. Это же проще – не заполнять формуляры, не ездить в министерства, а профинансировать строительство, например, школы только из областного бюджета. Но при софинансировании из федерального бюджета можно было построить две-три школы за такую же сумму областных денег!

Из-за этого бюджет тоже разбалансирован. Финансирование из федерального бюджета – это рабочий процесс, это налаживание отношений, но это и качественно оформленные и, главное, своевременно заявленные в Москву документы. Если какой-то наш объект попал в федеральный проект и финансирование, например, на 70 процентов будет из федерального бюджета – значит, работа регионального правительства поставлена правильно.

Был и третий фактор. Несмотря на красивые разговоры про госпланирование и стратегию развития, у предыдущего правительства области не было начато ни одного нового инвестиционного проекта. Иркутская нефтяная компания 25 лет искала нефть и строила свою инфраструктуру и наконец-то в последние годы вышла на добычу нефти, но в этом не было заслуги прошлого правительства области, которое, по сути, присвоило себе успехи по росту налогов. Выросли цены на целлюлозу, однако и тут предыдущее руководство области ни при чем. Просто бюджет рос «на старых дрожжах». А вот новых заделов создано не было. Запасы успешно проедены.

Поэтому, как я уже сказал, бюджет в тяжелом состоянии. Некоторые территории региона, видимо, перейдут из самодостаточных в дотационные. Мы вошли в этот сложный экономический период в мире с бодрыми рапортами по итогам прошлых лет и процессом разбалансировки бюджета. Сказалось недостаточное внимание к государственному менеджменту со стороны бывшего областного руководства.

По-человечески я очень хорошо и уважительно отношусь к Сергею Георгиевичу Левченко, но в государственном управлении «хороший человек» – это не профессия. Будучи заместителем председателя Законодательного собрания, я старался привлечь его внимание и объяснить, что не всегда ему докладывают правду. Зачем говорить о налоговых показателях лесной отрасли в целом, ведь их рост обеспечила практически одна-единственная компания. Давайте посмотрим на областные лесхозы – а там ситуация очень сложная.

– Но мы всегда слышали, что область участвует в федеральных программах…

– Одно дело заявить об участии, другое дело – получить деньги. Между этими этапами есть нудная, кропотливая рабочая тропинка. Почему мы с Усольехимпромом попали в такую ситуацию? Пока готовили бумажку номер один – кончилась бумажка номер два, побежали за ней; пока занимались бумажкой номер два – кончилось действие бумажки номер три. И в итоге область профукала деньги на демеркуризацию Усольехимпрома. Вроде что-то делалось, все крутились, писали письма. Но результата нет! Никакого проектного управления не было! И уровень менеджмента очень низкий.

– Вопрос к вам, как первому заместителю секретаря Иркутского регионального отделения партии «Единая Россия». Недавно в Законодательное собрание внесен законопроект о возвращении самовыдвижения кандидатов на выборах губернатора области. До сих пор выдвигать могли только партии. Значит ли это, что в случае принятия закона что «Единая Россия» вообще не выдвинет своего, партийного кандидата?

– Позицию регионального отделения партии по этой инициативе будем сверять с федеральным руководством «Единой России», с практикой в других регионах. Прямой связи между этим законопроектом и отказом партии от выдвижения кандидата на выборах губернатора нет. Тем более что эту инициативу внес беспартийный кандидат. И у меня нет однозначного ответа на ваш вопрос. Когда меня некоторые депутаты подначивают особыми якобы преимуществами как спикера, я всегда говорю: пока я был рядовым депутатом, я имел больше политических возможностей, мог говорить что угодно. Но сейчас я несу ответственность за то, чтобы ЗС работало как законодательный орган власти, способствующий стабильности политической системы региона. Как депутат я не вижу в этом законопроекте ничего страшного – это в принципе, без учета конкретных обстоятельств на конкретных выборах. А как председатель Законодательного собрания Иркутской области я должен обсудить вопрос на сессии со своими коллегами по парламенту, оценить последствия для нашей области. И только тогда нами будет принято окончательное решение.


По вопросам рекламы и сотрудничества звоните
+7 (914) 895-08-11

 

Кто из депутатов Государственной думы РФ от Иркутской области приносит наибольшую пользу региону?

Яндекс.Метрика