Иркутск

Последние новости

Усольская полиция: обыкновенный садизм?

12:37, 25 янв 2016 г.

«Не, это не мы...». В таком духе высказались органы правопорядка, проверив сами себя по факту пятичасовых пыток усольчанки Марины Рузаевой 2 января. Напомним, обращение по поводу насилия со стороны сотрудников отдела МВД России «Усольский» в отношении жительницы г. Усолья-Сибирского Марины Рузаевой поступило 3 января от ее супруга Павла. Пообщавшись с семейной парой и их адвокатом в ходе пресс-конференции в редакции «Байкальских вестей» 18 января, мы получили немало фактов для размышления.

Убитый сосед

Восстановим ход событий. Примерно за два месяца до интересующих нас событий в подъезде семьи Павла и Марины поселился новый сосед, мужчина хорошо за пятьдесят. Можно предположить, что въехал сюда он с разрешения своих родственников, хотя специально этим фактом никто не интересовался. Живет да и живет. Вроде когда-то служил в ВДВ. Примерно за полмесяца до Нового года этот самый Василий переехал в подъезд через двор, о чем прежние соседи тоже узнали случайно — столкнувшись на улице. А в конце декабря Павел и Марина услышали, что бывшего соседа вроде бы убили... Но кто и при каких обстоятельствах это сделал, никто не знал. Пожалели: человеком он был не злым, злоупотреблял, правда, спиртным, но окружающим не досаждал, максимум — полтинник перехватит. Кому мог помешать?

2 января в двери Павла и Марины позвонили два сотрудника полиции, показав удостоверения, но не предъявив других документов и не представившись устно. Объяснили Павлу: мол, ваша жена — домохозяйка, постоянно дома, многих могла видеть, а мы как раз определяем круг подозреваемых. И не проедет ли Марина с ними в отделение посмотреть фотографии. Павел, надо сказать, отпустил жену с легким сердцем, машинально глянув только на таймер на экране телевизора: чуть за шесть вечера. Дело в том, что мужчина занимается монтажом и обслуживанием систем безопасности и сам привык, что его часто — в любое время суток — могут «выдернуть» из дома по профессиональной необходимости. Где-то кошелек «увели» из сумки, где-то — товар с полки или, к примеру, машину угнали — максимально четкая из возможных картинка с видеозаписи всегда нужна как можно быстрее... Поэтому Павел и не напрягся: надо — значит, надо. Тем более и убитый был человеком неплохим. Полиции надо помогать бороться с преступностью.

Новогодний кошмар

Семь вечера, восемь... Марина не возвращалась. Павел забеспокоился: нельзя же разглядывать фотографии часами! Полдевятого собрался и поехал в отделение. Старшая дочь уехала к бабушке, хорошо хоть, что дома был еще один взрослый — гость из Владивостока.

Дежурный сказал: «Я видел, как вашу жену повезли домой. Наверное, разминулись...». Павел поехал домой (дорога — восемь минут), но жены там не было. Снова позвонил дежурному — но тот сказал, что в оперотделе трубку не берут, и опять завел свое про «разминулись». Павел медленно проехал на машине весь путь, по которому жена могла идти, но это ничего не дало. Безлюдье, ничего подозрительного... Обзвонил всех, кто теоретически мог хоть что-то увидеть... Ничего! Встреченный около дома сосед сказал, что тоже никого не заметил.

Около 21:00 Павел вернулся в полицию и отбросил всякую вежливость: «Куда вы дели мою жену?!». Дежурный продолжил отпираться... Павел, не зная, что предпринять, в очередной раз выслушав мертвые гудки с выданных ему дежурным номеров телефонов отделения, выбежал на улицу и в который раз вгляделся в черные окна ночного здания — и вдруг увидел, что свет в самом конце третьего этажа горит. Вернулся в помещение, и в какой-то момент из-за спины дежурного Павла окликнул бывший сосед, который сейчас работает в дежурной части. Он-то и сказал, что Марина находится на третьем этаже здания, сидит на лавке.

Видя, что от дежурного толку нет, Павел принялся раз за разом набирать оперотдел. Примерно где-то без двадцати — без пятнадцати одиннадцать там наконец взяли трубку... Молодой голос сказал, что минут через 15 Марину привезут, она дает показания (непредставившийся собеседник, видимо, решил, что Павел находится дома). Прошло 15 минут, потом еще 15... Наконец, сотрудник, который забирал Марину из дому, как-то за рукав вывел Марину и пихнул ее в сторону мужа: «На, забирай!».

В сопровождении другого сотрудника в форме и в некоторой растерянности Павел пошел со странно молчащей женой к машине. Только в салоне она, схватившись за лицо, начала плакать, ничего не говоря, словно не слыша расспросов. Дома, ступив за порог, закричала: «Они меня жгли, жгли, жгли»... С женщиной случилась истерика. Павел, снимая с Марины верхнюю одежду, с ужасом увидел следы побоев и ожоги от электрошокера. Вызвал свою мать с сестрой, и какое-то время они всей семьей уговаривали Марину пересилить себя, снять следы пыток в травмпункте и подать заявление, на что она поначалу в истерике только кричала: «Нет, нет, а то нас всех убьют!»...

«Испортила праздник, сука»...

Восстанавливать прошедшие пять часов жизни жены Павлу пришлось долго: Марина плохо говорила, напоминая речью пережившего инсульт человека...

...На третьем этаже здания полиции, в конце коридора оказался кабинет за железной дверью. Находившийся внутри сотрудник велел ей снять сапоги. Разулась, все еще не ожидая дурного, по русской привычке без слова подчиняться представителям власти. Кстати, в отделение Марина приехала, накинув верхнюю одежду на домашнюю, не взяв даже паспорта и телефона. Думала, потратит максимум полчаса, включая короткую дорогу туда и назад...

Никаких документов, чтобы ознакомиться, ей не предъявили. Те двое, что привезли ее сюда, просто встали за спиной, велев Марине сесть на низкую лавку у стола. На руки ей тут же надели наручники, а на голову — непрозрачный пакет. В ответ на растерянное «Ребята, что вы делаете?» тот, что встретил в кабинете, приказал «рассказывать». Не успев спросить: «Что рассказывать?», — Марина получила первый удар током. Это был, как позже поняла пленница, электрошокер, следы от электродов которого у нее теперь по всему телу...

Стали бить по голове, больно, она не различала, руками или ногами. Руки женщины пристегнули к ножкам скамейки, а когда она пыталась приподнять низко опущенную голову, били сильнее. Помнит, как умоляла дать подписать любую бумагу, потом, не совсем уже отдавая себе отчет в происходящем, просила отпустить нанемного домой — попрощаться с семьей, пыталась воззвать к жалости мучителей, у которых должны же быть родственники, может, даже жены, дети... Помнит фразы: «Сука, праздник испортила!», «Говори, вальнула мужика?!», обещания повесить на нее «пять висяков»...

Это продолжалось бесконечно долго, и временами, в шоке, Марина стала как-то отдаляться от этого необъяснимого разумом кошмара, который непонятно чем должен был закончиться... Помнит, как замолчала, когда пригрозили выбить зубы. Сознание по какому-то странному механизму психики зацепилось за причину, несоразмерную с ситуацией: недавно привела в порядок зубы, немалые деньги отдала, надо молчать... Потом ее отстегнули от лавки, за волосы протащили через комнату к какому-то зеркалу: «Нарисуй улыбку!».

В оцепенении, лишь бы не возвратить только что пережитое, она принялась как-то приводить себя в порядок, приглаживать волосы. Ей даже предложили курить. Один из садистов приказал сесть на лавку в коридоре, возле туалета, разрешив ходить и пить воду (лавка стояла под камерой, как потом стало ясно). Марина молча подчинялась, поскольку боялась продолжения «допроса» (и о такой перспективе ей дали понять)... Дождавшись, когда она сможет производить хотя бы отдаленно приемлемое впечатление, ее вывели за рамку, пихнув за плечо по направлению к Павлу...

Потом, вспоминая пережитое, Марина рассказала мужу, что среди «допросителей» был некий Денис. Эксперт, пытаясь снять отпечатки пальцев Марины уже после «допроса», случайно назвал его имя, глядя на безжизненно опущенные руки: «Ну сделай что-нибудь!». Искать им долго не пришлось, сегодня в Интернете легко найти фотографии: это был старший оперуполномоченный угро отдела МВД России «Усольский» майор полиции Денис Самойлов. Самойлов неоднократно поощрялся ГУ МВД России по Иркутской области за «грамотно организованную работу по раскрытию особо тяжких преступлений».

Вместо дедушки Мороза

3 января муж Марины Рузаевой Павел Глущенко обратился в правоохранительные органы с заявлением о возбуждении уголовного дела по факту применения в отношении его жены недозволенных методов сотрудниками УМВД «Усольский». Павел пытался бить во все колокола, писал о случившемся и в соцсетях, и в прокуратуру, звонил на горячие линии Управления собственной безопасности (УСБ) МВД. 4 января к супругам домой явился сотрудник УСБ. Гость объяснил, что к такому служебному рвению его подвигла информация в соцсетях (и не что иное), которую он сначала счел «новогодним разводом», но решил на всякий случай в разгар праздников проверить... И увидел следы побоев и ожоги от шокера, от которых, как он сказал, сам пришел в ужас!..

Тем не менее проведения судебно-медицинской экспертизы Павел и Марина добились только 6 января. При этом еще ночью наступившего 3 января Марина обратилась в муниципальное медучреждение, где документально констатировали ушибы и ожоги на ее теле (фото повреждений Павел сделал сразу после возвращения жены из травмпункта). Судмедэксперты же 6 января пришли к выводу, что данные повреждения нанесены ДО 2 января. Таким образом, означенные специалисты продемонстрировали способность средствами визуального осмотра с точностью до нескольких часов определять, когда свернулась кровь под кожей. Ведь к заявлению о возбуждении уголовного дела была приложена видеозапись и фото новогодней ночи, где Марина Рузаева запечатлена в открытом платье. На коже нет повреждений, зафиксированных позже медиками муниципального медицинского учреждения. То есть эти повреждения получены после 31 декабря 2015 года, но раньше вечера 2 января 2016 года, как точно определили усольские профи-судмедэкспертизы, тоже, к слову сказать, муж и жена... Марина, кстати, слышала, как они спорили между собой: «Ты же знаешь, что это далеко не первый случай!» — говорила жена...

Синие следы от наручников таковыми в заключении не признали — видимо, сочли воздействием тесных браслетов. Однако на сделанных 3 января фотографиях телесных повреждений, зафиксированных и в травмпункте, на коже Марины еще и синяков-то не было, только свежие ссадины да ожоги. Пожелтевшие синяки вылезли уже на следующий день и тоже зафиксированы.

Сам акт судебно-медицинской экспертизы содержит противоречия. Павел обратился к независимым экспертам, и те даже на первый взгляд по фотографиям совершенно не исключили того, что повреждения нанесены именно вечером 2 января. Потерпевшие хотят обжаловать противоречивую экспертизу. Уже есть и показания свидетелей, что до 2 января никаких побоев и ожогов на открытых частях тела у Марины не было.

Один из независимых экспертов отметил еще один момент. Электроды шокера не нагреваются. Чтобы они оставили хотя бы ожог первой степени, исчезающий через несколько минут, необходимо соприкосновение с голой кожей в течение минимум полминуты. Некоторые ожоги от электродов на коже Марины не сошли до сих пор.

«Сама себя высекла...»

13 января бойко отрапортовала пресс-служба ГУ МВД России по Иркутской области: «Телесные повреждения заявительницы не могли быть получены ей в день, когда она была в полиции, а были нанесены при неустановленных обстоятельствах значительно раньше». Параллельно скандальные события под неожиданным углом осветили некоторые федеральные СМИ, не раз замеченные в очень дружелюбном отношении к полиции. В вышедших сюжетах говорилось, что пожаловавшаяся на полицию семья, возможно, ведет «асоциальный образ жизни». То есть Павел, по логике авторов, занимается системами безопасности собственности предприятий и организаций, а также весьма обеспеченных частных лиц, параллельно предаваясь низменным порокам (подразумеваются, видимо, алкоголизм и наркомания).

Его супруга Марина, развивая дальше оперативную мысль, тоже ловко скрывала до поры до времени свои пороки, воспитывая троих детей и умудрившись ни разу не попасть в поле зрения специалистов по делам несовершеннолетних. 1 января либо до 18:00 2 января, встретив Новый год под личиной добропорядочной гражданки, Рузаева, видимо, ввязалась в конфликт с какими-то своими знакомыми, тоже, наверное, асоциальными личностями. Вместо того чтобы поставить ей традиционный в их кругах синяк под глаз, эти личности вооружились электрошокерами. Причем даже не моделями, доступными гражданским лицам, а профессиональными, поступающими в распоряжение МВД, мощными, с определенным расстоянием между электродами... Вспомним Гоголя: «Унтер-офицерша налгала вам, будто бы я ее высек; она врет, ей-богу, врет. Она сама себя высекла».

Добавим: один из главных выводов, который прямо прет из стройной системы умозаключений правоохранительных органов, — что уж с «асоциальными-то элементами» и вовсе можно не церемониться. И не дай бог, выходит, какому-нибудь действительно опустившемуся на дно жизни, но все равно же человеку, попасть в руки полиции...

«Додавим...»

В аккурат после описанных событий специалисты по делам несовершеннолетних срочно озаботились своими обязанностями, как лист перед травой явившись вблизи квартиры Марины и Павла, выспрашивая соседей на предмет условий жизни семьи... Условия и правда стали хуже! Марина не может даже прочесть книжку детям, не может играть с ними, как прежде. Возле дома дежурят какие-то автомобили, срывающиеся с места, если семья куда-то едет. По дороге из Усолья в Иркутск в начале января пришлось выезжать по объездной. Кстати, в Иркутске не связанные с полицией специалисты, профессионалы, отказались проверять Марину на полиграфе — до того времени, когда она восстановится. Как они сказали, каждый болевой симптом создает помехи и отражается на корректности результатов.

В окрестностях дома Павел и Марина стали замечать все тех же представителей полиции, что подвергали ее пыткам, — они общались с жителями с ее фото в руках. В беседах один из них обещал: «Все равно додавим это дело, и она сядет, не поняла, на кого прыгнула...». В массы даже стала внедряться «версия», что Марина якобы состояла с погибшим в отношениях ближе, чем соседские. То есть — что она разглядела в давно и крепко пьющем мужчине на 18 лет старше себя какие-то более привлекательные черты, чем у молодого мужа... Эта легенда смешила бы соседей Марины и Павла, если бы эту искреннюю реакцию не пересиливал страх перед людьми в погонах, который, судя по всему, испытывают многие усольчане... Такой страх, безусловно, наследие царского режима, а все наши правоохранительные органы являются высокоморальными людьми. Сограждан в отделение они не пускают, потому что чутко хранят государственную тайну. А иначе почему они не пускали мужа к жене, пока Марина, по версии полиции, комфортно проводила пролетевшие как миг пять часов в отделении?

Кстати говоря, в прошедших в федеральном эфире сюжетах не акцентируется внимание на времени, во сколько Рузаева вошла в отделение и во сколько его покинула. Просто — ушла «через НЕКОТОРОЕ ВРЕМЯ»! На кадрах цифр вообще нет. На рамке металлодетектора на входе в отделение положенная камера, видимо, не установлена и съемка не ведется, иначе состояние вышедшей женщины можно было бы оценивать не только по ее силуэту в капюшоне!

Вышла же своими ногами!

И — как апофеоз — в официальных сообщениях как повод усомниться в рассказе Марины приводится факт, что она вышла из отделения на своих ногах. То есть, если не выползла и не вынесли — значит, в порядке. Били по лицу, унизили, жгли шокером — ничего, вставай и иди! Хотя нелишним будет напомнить, что в числе азов первой помощи при авариях есть рекомендация проследить, чтобы пострадавший «не убежал». Ведь в шоке люди способны какое-то время передвигаться на ногах даже с тяжелыми ранениями, зафиксированы даже случаи, когда ходили с переломами...


Марина Рузаева и ее супруг Павел Глущенко на пресс-конференции в редакции газеты «Байкальские вести»

Как сообщил на пресс-конференции адвокат Марины Рузаевой Денис Иванец, уголовное дело по факту применения в ее отношении насилия, по данным на 18 января, так и не возбуждено. Ни один сотрудник на время проверки не отстранен от исполнения своих обязанностей, хотя всех мучителей Марина запомнила в лицо. По мнению заместителя областного управления Следственного комитета по г. Усолью-Сибирскому, срок доследственной проверки продлен мотивированно. На месяц! И правда, многое ведь может измениться за такой срок! Но вот нынешнее состояние Марины Рузаевой так быстро изменится вряд ли — так сказал невролог. Надо ждать не меньше года, пока станет не так резко заметной разница между жизнерадостной молодой женщиной, встречающей Новый год на съемке 31 декабря, и жертвой преступления, сейчас с трудом выговаривающей слова.

Чем же в действительности она провинилась? Остается только гадать. Может, доблестные опера напали на нее из-за ошибки в «оперативных данных». А может, просто с задержанными в этом городе не привыкли миндальничать, ну разве что слегка перестарались 2 января — всему причиной праздники!..

Впрочем, все это догадки, а официальной остается следующая версия: коварная многодетная мать клевещет на кроткую усольскую милицию, реализовав свои хитрые планы в аккурат перед днем рождения собственной матери 4 января. Ополчившуюся на органы домохозяйку не останавливает даже вероятность, что придется уехать навсегда из родного города, — такой выход из конфликта вполголоса подсказали Павлу в местной прокуратуре...

В условиях, когда в родном городе защитить их семью некому, а жалобы «наверх» возвращаются во все то же бездействующее Следственное управление, супруги приняли решение обратиться за помощью к губернатору Иркутской области.

Анна Рыбакова, специально для «Байкальских вестей»

P. S. Сейчас появилась информация, что настоящий подозреваемый в убийстве бывшего соседа Павла и Марины задержан. Причем это совсем не местный житель — нет, залетный преступник... Впрочем, иные подробности задержания не сообщаются: видимо, в пылу информационной войны с многодетной матерью полицейские отделы пропаганды как-то уже и забыли о покойном десантнике Василии...

Редакция газеты «Байкальские вести» обращается к начальнику Главного управления МВД России по Иркутской области генерал-лейтенанту А. Е. Калищуку с настоятельной просьбой дать оценку действиям своих подчиненных и проинформировать общественность о принятых мерах, касающихся виновных в грубейшем нарушении прав граждан, а также о действиях, полностью гарантирующих недопущение подобных случаев в дальнейшем.


Просмотров: 3951

Отзывы

Для добавления комментария авторизуйтесь или зарегистрируйтесь.

павел08 Фев 2016
Уважаемые граждане Усольчане! По Вашим многочисленным просьбам, все кто в течении последних 8 лет подвергался пыткам в МО МВД ,,Усольский,, кабинет №321, а так же в разработочных камерах на ИВС, у кого есть родственники осужденные за Чужие преступления и есть подтверждение этому в медицинских документах, фотофиксация следов побоев, и по возможности свидетели кому об этом рассказывали. Просьба всю информацию с отсканированными документами, по возможности с фамилиями сотрудников совершивших тяжкое преступление скидывать на электронную почту +79647495855@yandex.ru Ваши документы будут автоматически направлены людям которые могут Вам помочь и наказать виновных. Срок подсудности по ст 286 ч3 УК РФ 10 лет. По возможности ищу родственников парня, у которого после применения электрошокера в область позвоночника отказали ноги и проводятся на данный момент операции. позвоните или сообщите контактные данные . Бояться больше нечего. Позади Москва!
23:16, 24 ноя 2017 г.

Андрей Лабыгин высек себя и «Единую Россию»

Вице-спикер Законодательного собрания, председатель комитета по здравоохранению и социальной защите Андрей Лабыгин, три года назад ставший инициатором отмены прямых выборов мэра Иркутска, выступил с очередной инициативой.

20:24, 24 ноя 2017 г.

«Рекорд» выиграл кубок России! «Сибскана» — третья!

В подмосковном Обухово завершается розыгрыш Кубка России по хоккею с мячом среди женских команд. Командам предстоит сыграть еще один тур, который состоится завтра, но уже сейчас известны обладатели всех занятых мест.

16:03, 24 ноя 2017 г.

Ректором ИрГУПС стал Сергей Каргапольцев

На выборах руководителя университета за единственного кандидата проголосовали 87 человек, против были восемь, один бюллетень признан недействительным.

14:46, 24 ноя 2017 г.

Владимир Путин: вероятность выдвижения 90 процентов, но остаются еще 10...

«Ну когда же наконец?», — с тревогой спрашивают одни. «Хватит ломать комедию, сочинять интригу там, где ее нет, все равно ведь выдвинется», — отмахиваются другие.

По вопросам рекламы и сотрудничества звоните
+7 (914) 895-08-11

 

Какие из пока нереализованных проектов на территории Иркутской области за 80 лет ее существования являются наиболее актуальными?